Избранные тексты
Иак. 3, 11.
Оговорюсь сразу: это не попытка совершить переворот в системе образования, а всего лишь озвучивание мыслей, реально существующих в образовательной среде. Хотя вряд ли кто-то о них не слышал. Социология управления требует непременно учитывать подобные взгляды. Ибо для их носителей это тот случай, когда «сознание определяет бытие». Итак, поговорим о школьных олимпиадах.
Без приевшихся штампов про «важность» и «незаменимость» этой игры, а попробуем взглянуть в суть явления. И главное – оценить сложившуюся практику как с педагогической, так и религиозной точки зрения: «о сем надобно судить духовно» (1 Кор. 2, 14).
Для начала предлагаю такую антиутопию. Середина ХХІ века. На занятии по истории педагогики преподаватель рассказывает студентам:
- Одно время возобладало крайне экзальтированное отношение к детским олимпиадам. Нам теперь уже трудно понять, как взрослые люди могли без иронии говорить о том, что им «очень нужны» победители.
В начале 90-х прошлого столетия во время экскурсии в Почаевской лавре монах, который её вёл, узнав, что группа из Бреста, спросил: «Что Вы знаете о своём святом, о преподобномученике Афанасии Брестском?» Большинство из нас с удивлением пожимали плечами. Церкви еще только открывались… «Святой? В нашем городе?» Свою экскурсию он начал в храме, построенном преподобным Иовом Почаевским, на одной из стен которого находится огромное, в полный рост изображение преподобномученика Афанасия, а за его спиной Иов с благословляющим жестом… Но как только монах сказал о «Диариуше» все, кто мало-мальски освоил школьную программу сразу вспомнили: «А Афанасий Филиппович?» «Да. Да… автор-публицист, полемист. Так он святой?...».
Сегодня имя святого у горожан, да и у белорусов в целом уже, как говорится, «на слуху». А Интернет все унифицирует. Он обязательно покажет Вам разные надписания – Афанасий Филиппович, как принято в светских изданиях, и преподобномученик Афанасий Брестский в основном в церковных. С одной стороны, удобно — сразу видно с каких позиций рассматривает автор статьи преподобномученика. С другой, это как-то странно. Ведь речь-то идет об одном и том же человеке.
Большинство церковных изданий стали добавлять в скобках и фамилию святого, как это принято в отношении монашествующих… А вот светские издания более консервативны. Лик святости они чаще всего просто опускают, несмотря на то, что это важнейшая информация, которая не менее важна, чем место, время жизни. Многообразие мнений и оценок это хорошо, но при этом нет цельного образа.
Революция – это трагический социальный процесс, притягивающий к себе все духовно больные, преступные элементы общества. Потерявшие стыд и совесть, поправшие все нормы морали, они находят в ней возможность для реализации своих пороков и страстей. В сильном государстве и нравственно здоровом обществе они не имеют такой возможности и находятся в подавленном состоянии.
Только в нравственно больном государственном организме подобно вредоносным вирусам они набирают силу и отравляют здоровую часть общества, доводя его до грани погибели. Вначале революция порождает братоубийственную Гражданскую войну, а затем следуют неизбежные чистки, в ходе которых одни революционеры уничтожают других, при этом гибнет много совершенно невиновных людей.
Октябрьский переворот разрушил империю и нанес огромный урон основам не только государственного, но и церковного уклада России. Большевистская расправа над Русской Православной Церковью превосходила по жестокости гонения за веру в первые века Христианства. Богоборчество было возведено в ранг государственной политики, поэтому одни из первых решений советского правительства касались непосредственно Церкви.
Уже 26 октября 1917 г. монастырские и церковные земли были изъяты государством, а 11 декабря 1917 г. вышел декрет, по которому конфисковали у Церкви все учебные заведения. Этот закон практически ликвидировал возможность существования системы духовного образования в России. Церковные здания, имущество, капиталы – все подлежало конфискации. 20 января 1918 г. был принят декрет о свободе совести, более известный как декрет об отделении Церкви от государства, который поставил Церковь фактически вне закона. Первая советская конституция 10 июля 1918 г. своей 65 статьей объявила духовенство и монашество нетрудящимися элементами лишенными избирательных прав – «лишенцами». Притеснениям подвергались и дети священников. Так на практике большевиками был реализован лозунг «Свободы, равенства и братства».
Утром звонок в дверь. Сосед-амбал, ростом под потолок, говорит своим медвежьим басом: «Что за ерунда, почему до сих пор тишина?!» Включил музыку, перекинул колонку на общую площадку и вышел. Часто утром я включаю «отборный музон», музыкальная система стоит в прихожей. Соседи меня любят: никто на работу не опаздывает, узнали других исполнителей помимо Михайлова. Живем в двухэтажном доме, подъезд всего на шесть квартир. Переезжать не хочу: мы все как одна семья, и эта семья любит слушать мою музыку.