smeh

"Все пути человека чисты в его глазах..." (Притч 16, 2)

Некий мудрец века сего посетил однажды авву Зенона.
– Отче, – спросил он, – можешь ли ты сказать мне, что такое философ?
– Философ – это слепец, который ищет в темной комнате черную кошку, когда ее там нет, – отвечал старец.
– А кто же тогда богослов?
– Богослов это то же самое, но иногда он находит кошку...
***
Жил в Александрии один очень богатый человек, который каждый день молился Богу об облегчении жизни бедняков. Узнав об этом, авва Макарий послал ему сказать: "Я хотел бы обладать всем твоим состоянием".
Изумленный богач послал к нему одного из своих слуг спросить, что бы тот стал делать с таким богатством? Авва Макарий сказал:
– Передай своему хозяину, что я немедленно исполнил бы его молитву.
 ***
До того, как стать монахом, авва Лонгин работал в мастерской корзинщика. Каждый день он должен был сплетать по пятнадцать корзин. Однажды, работая весьма усердно, он сплел целых двадцать корзин.
– Разве мне не полагается дополнительной платы за эти корзины? – спросил он хозяина.
– Да, – отвечал хозяин, – но ты ведь знаешь, что говорится в Библии: "В поте лица твоего будешь добывать хлеб свой".
– Нигде, однако, не говорится, что я должен также добывать и твой! – возразил Лонгин.

***
Авва Филимон обнаружил однажды, глядя на весело играющих на деревенской площади мальчишек, что весьма недалеко еще продвинулся по пути совершенства. Он спросил их:
– Во что вы играете?
– Мы играем, кто больше всех соврет.
– Ох, - сказал старец, – в мое время не играли в такие игры!
– Молодец, отче, ты выиграл! – закричали хором ребята.

***
Авва Иоанн говорил:
– Не то, что мы едим, нас питает, но то, что мы перевариваем. Не то, что мы зарабатываем, нас обогащает, но то, что мы раздаем. Не та вера, которую мы исповедуем, нас освящает, но та, которую мы воплощаем в жизнь.

***
Среди отцов-пустынников, как и повсюду, были братья, беспокоившиеся из-за своего здоровья. Один из них, по имени Диоскорид, имел обыкновение посещать каждую неделю авву Илию, который, будучи человеком терпеливым и склонным к сочувствию, каждый раз осведомлялся о его здоровье. Диоскорид неизменно жаловался:
– Мой желудок словно изъеден тысячью червей...
Или:
– У меня как будто облако в мозгу...
Или же:
– Кости мои стали хрупкими, как тростинки.
Авва Илия утешал его, призывая уповать на Господа.
В один прекрасный день Диоскорид исчез на целый месяц.
Авва Илия стал не на шутку беспокоиться. Когда наконец Диоскорид появился, авва Илия бросился к нему с расспросами:
– Брат, я так беспокоился о тебе! С тобой что-нибудь случилось?
– Ничего серьезного, – отвечал тот, – я болел.
***

Авва Илларион рассказывал такую историю о недоверии. Двум братьям из разных монастырей предстояло провести ночь в одной гостинице. Один из них, поглядев на своего собрата, отнес хозяину свой небольшой багаж и сказал ему:
– Спрячь это у себя, ибо мой собрат внушает мне мало доверия.
– Я положу это вместе с его вещами, – отвечал хозяин. – Он только что был здесь и сказал мне то же самое.
***
Авва Даниил славился своей мягкостью и милосердием к грешникам. Однажды, придя к больному выслушать исповедь, он увидел, что тот колеблется.
– Я не настаиваю, чтобы ты исповедался, – сказал старец. – Я не хочу, чтобы под влиянием страха ты принял поспешное решение. Засыпай спокойно, и если завтра утром проснешься, позови меня.
***
Два брата шли по Скитской пустыне, рассуждая о гармоничности мира. Когда они оказались в оазисе, один из них заметил:
– Какие прекрасные цветы на этом дереве!
– Но это вовсе не цветы, это плоды, – возразил второй. – Это чернослив.
– Почему же тогда он белый, а не черный?
– Потому что он еще зеленый!
***
Пришедшему из пустыни было очень непросто проникнуть в Антиохию. В воротах стояли стражники и проверяли все товары, ввозимые в город. Однажды они остановили авву Серапиона, когда он шел, везя тележку, покрытую попоной.
– Отче, что у тебя в тележке? – спросил его стражник.
– Моя собака, брат!
– Какая же это собака, отче, это коза! У нее рога...
– Не вмешивайся в частную жизнь моей собаки, брат!
***
Некий старец, не имевший никакого имущества, решил как-то навестить одного брата.
– Друг, – обратился он к хозяину, – нет ли у тебя случайно какого-нибудь старого кувшинчика для вина?
– По-твоему, я похож на человека, пьющего вино? – сухо отвечал брат.
– Прости меня, но кувшинчик от уксуса у тебя наверняка найдется...
***
Когда авва Виссарион решил отправиться в пустыню, группа молодых бездельников окружила его, насмехаясь:
– Куда ты бежишь, Виссарион? Разве ты не знаешь, что дьявол умер?
– Примите мои соболезнования, бедные сиротки, – отвечал им святой старец.
***
– Если ты ничего не видишь, для чего ты держишь возле себя зажженную лампу? – спрашивали братья одного слепого старца, сидевшего на краю дороги.
– Чтобы прохожие не натыкались на меня ночью, - отвечал старец.
***
Однажды епископ посетил монастырь в пустыне. Братья, жившие там только на хлебе и воде, лезли из кожи вон, чтобы приготовить для епископа подобающую трапезу.
В конце обеда, трепеща, они спросили его:
– Владыка, как ты нашел нашу козлятину?
– Случайно, под листиком салата, - отвечал епископ.
***
В одной деревне разнеслась весть, что в соседнем большом монастыре сменился настоятель. Тут же явился к воротам монастыря какой-то бедняк в лохмотьях и, заметив настоятеля, подошел к нему.

– Отче, – сказал он, – я хорошо знал прежнего настоятеля, который был очень щедр ко мне. Надеюсь, что и ты тоже будешь щедрым...
– Разумеется, брат; но, видишь ли, старый настоятель – это я, а новый явится дней через десять...

"У мудрого глаза его – в голове его..." (Екк 2, 14)

Один недобрый человек пришел как-то донимать старца своими глупыми вопросами:
– Неужто и вправду ты, такой умный человек, считаешь возможным, чтобы Иона выжил, проведя три дня в чреве кита?
– Не знаю, – отвечал старец, – но я его спрошу, когда увижусь с ним в раю.
– А вдруг он в аду?
– Тогда ты сам его спросишь.
***
Авва Геразий соглашался один раз в год ходить в Антиохию на проповедь. Послушать его собиралось великое множество народа. Один из братьев как-то спросил его:
– Отче, не искушает ли тебя суетная слава при виде такого множества народа вокруг тебя?
– Нет, брат, – отвечал Геразий, – я думаю, что если бы меня казнили, народа собралось бы еще больше...
***
Один брат, вернувшись в свою келью, нашел ее в полнейшем беспорядке. Он готов был уже проклясть виновника такой беды, как вдруг прикусил язык. Он вспомнил слова старца: "Прокляни человека, и будет две могилы".
***
Однажды в Скитской пустыне случилось неслыханное – дождь лил целых три дня подряд. Молодой монах, испугавшись, спросил у старца:
– Отче, а вдруг это новый потоп?
– Не может быть, – отвечал старец, – ибо бесплодность первого убедила Бога не насылать второй.
***
Молодой человек, недавно поступивший в монастырь, увидел как-то настоятеля, который, склонившись на пороге кельи, чистил свои башмаки.
– Отче, – сказал он, – ты чистишь свои башмаки?
– С тех пор, как я настоятель, я не могу чистить чужие, – отвечал тот.
***
Один из отцов как-то поведал старцу:
– Порой меня терзают сомнения при мысли о том, чем занимался Ной в ковчеге, плавая по безбрежному морю?
– Несомненно, он удил рыбу.
– То-то и оно! А как он это делал, если червячков у него была всего одна пара?
***
Один старец сказал: "Наихудший момент для безбожника – это когда он чувствует себя преисполненным благодарности, но не знает, кого благодарить".
***
Один старец сказал: "Всевышний дал нам двое ушей и только один рот для того, чтобы мы говорили вдвое меньше, чем слушаем".
***
Один разбойник был смертельно ранен в какой-то стычке. Из последних сил он приполз к келье отшельника и простонал:

– Отче, я испытываю адские мучения!
– Как, уже? – воскликнул отшельник.
***
Один игумен пришел к старцу за советом:
– Отче, какой должна быть проповедь?
– Проповедь, – отвечал старец, – должна иметь хорошее начало и хороший конец. А затем тебе следует как можно больше сблизить их друг с другом.
***
Один старец, глядя на собаку, подумал: "У собаки так много друзей потому, что она гораздо чаще машет хвостом, чем языком".

"Добрый приобретает благоволение..." (Притч 12, 2)

Один старец говорил так: "Если вы будете давать больным и братьям все, что они попросят, у вас будут хорошие больные и плохие братья".
***
Авва Моисей, обходя пустыню, столкнулся с кочевым племенем, которое справляло пышные похороны. Посреди стойбища, на огромном костре лежало тело вождя племени в богатых одеждах.
– Какой веры был ваш вождь? – спросил старец.
– Увы, - отвечали ему, – он был неверующим.
– Поистине великое несчастье, – сказал тогда авва Моисей, – быть так роскошно одетым и не иметь, куда пойти!
***
Однажды авва Пресонций получил урок. Когда он стоял на молитве в своей келье, кто-то постучал в дверь его хижины:
– Прости меня, авва, – сказал прохожий. – Не можешь ли ты указать мне дорогу в Алеппо?
– Нет, – отвечал авва, – но я знаю дорогу в Небо.
– Как я могу поверить, что кто-то знает дорогу, ведущую так далеко, если он не знает дороги в окрестностях? – сказал тогда путник.
***
Авва Сысой сказал по поводу александрийских богословов:
"Если бы Господь Бог поручил составить десять заповедей богословам, у нас было бы не десять заповедей, а тысяча".
***
Великий Пахомий диктовал свой Устав молодому монаху-писцу. В конце главы он велел ему перечитать написанное и едва сдержал вспышку гнева.
– Авва, почему ты вдруг сделался таким суровым? – спросил его молодой монах.
– Потому что я продиктовал тебе одно, ты понял другое, а написал третье, – отвечал старец.
***
Один старец сказал: "Тот, кто тебя оскорбил, вряд ли тебя простит".
Другой сказал:
"Если ты отвергаешь похвалу, то это, возможно, потому, что ты желаешь двойной".
***
Один монах спросил авву Аммония, почему это люди века сего так много суетятся. Старец отвечал:
– Они бегают по миру вдоль и поперек из страха, как бы не пришлось встретиться с ним лицом к лицу.
***
Молодой монах пришел за советом к авве Моисею.
– Отче, – сказал он, – я понимаю, как можно согрешить руками, глазами, устами или ушами. Но как можно согрешить носом?
– Если совать его в чужие дела, – отвечал старец.
***

Отцы-пустынники относились к женщинам с предубеждением, но было бы преувеличением сказать, что они были полные женоненавистники. Их духовная уравновешенность удерживала их от всякого рода крайностей. Авва Филатерий однажды сказал:
– Женщины догадываются обо всем и ошибаются только тогда, когда думают.
***
Как-то раз один из братьев спросил игумена:
– Должны ли мы остерегаться даже пожилых женщин?
– Пожилые женщины, – отвечал старец, – как розовый куст. Розы опали, но шипы остались.
***
Один молодой человек желал поступить в монастырь Эннатон. Старец стал его расспрашивать, желая испытать, насколько серьезно тот решился оставить мир.
– Если бы у тебя было три золотые монеты, отдал бы ты их нищему?
– От всего сердца, отче!
– А три серебряных монеты?
– Охотно!
– А если бы у тебя было три медных монетки?
– Нет, отче.
– Почему же? – воскликнул старец в изумлении.
– Потому что у меня действительно есть три медных монетки.
***
Один старец заметил: "Все в жизни происходит так: когда вы становитесь достаточно большим, чтобы дотянуться до горшочка с медом, вам этого уже не хочется".

"Добродетельная жена – венец для мужа своего..." (Притч 12, 4)

– Ты слишком суров к нашим невестам, – упрекнул как-то старца один мирской человек. – Все они превосходные девушки.
– Если все они превосходные девушки, – отвечал старец, – то откуда же берутся ваши сварливые жены?
***
Однажды в келью старца проник вор. Когда он шарил там в темноте, он услыхал голос:
– Друг, почему ты ищешь в темноте то, что не нашел бы и при свете?
***
Один молодой человек увидел как-то плачущую у колодца женщину. Он поспешил рассказать об этом старцу, но тот предостерег его:
– Когда у женщины глаза покрыты слезами, видеть ясно перестает мужчина.
***
Один старец сказал: "Безмолвие – дно из самых драгоценных украшений женщины. Вот почему она так редко выставляет его напоказ".
***
Один старец сказал: "Обыкновенно ошибается тот, кто стремится никогда не совершать никаких ошибок".
***
– Правда ли, – спросили однажды старца, – что авва Серапион не хочет больше жить с тобою в одной келье?
– Правда, – отвечал тот, – и я очень этому рад. Захотели бы вы жить вместе с монахом, который постоянно болтает и жалуется?
– Конечно, нет!
– Вот и авва Серапион не захотел.
***
– Я пойду за советом к авве Поэмену, – сказал как-то один монах старцу.
– Помни, – отвечал тот, – что спрашивать совета почти всегда значит требовать от других, чтобы они были нашего мнения.
***
– Отче, – сказал однажды старцу молодой монах, – мне кажется, что авва Кассиан страдает подозрительностью.
– Так и есть, – отвечал старец, – но это добрая подозрительность, ибо он по сто раз на дню прощает тебе ошибки, которых ты и не думал совершать.
***
"Добродетель находится точно посередине", – сказал диавол, усаживаясь между двух старцев, которые судили брата.
***
Один старец сказал: "Существуют болезни, которые незачем лечить, ибо только они способны предохранить от других, гораздо худших".
***
Один александрийский епископ, не привыкший к суровостям монашеской жизни, был как-то вынужден провести ночь в монастыре Эннатон. Перед тем, как растянуться на убогом ложе в отведенной ему келье, он заметил на полу трех клопов. Епископ позвал одного из братьев и сказал ему:
– Ты видишь?
– Не тревожься, владыко, – отвечал тот, – ведь это всего лишь клопы. И потом, погляди, они мертвы...
Поднявшись спозаранку, епископ при виде того брата сказал:
– Три вчерашних клопа действительно были мертвы, но что за толпа собралась на их похороны!

"... благоразумные увенчаются знанием" (Притч 14, 18)

Авва Исарий как-то заметил: "Для того, кто верует, нет вопросов, а для того, кто не верует, нет ответов".
***
Молодой монах, не выдержавший суровой жизни пустынника, вернулся в Александрию и бросился в первую попавшуюся таверну.
– Стакан вина до начала дискуссии!
Выпив его залпом, он потребовал снова:
– Хозяин, еще стакан до начала дискуссии!
И еще:
– Весь кувшин до начала дискуссии!
Хозяин, ничего не подозревая, спросил:
– О какой дискуссии ты говоришь, брат?
– О той, которая сейчас начнется, когда я скажу тебе, что у меня нет ни гроша!
***
Один человек сказал великому Антонию:
– Ты самый великий монах на всем Востоке!
– Дьявол мне это уже говорил, – отвечал Антоний.
***
Один молодой монах спросил авву Филарета:
– Почему ты позволяешь этому брату так долго говорить с тобой?
– Я забочусь о его здоровье. Ведь если болтун не найдет в день хотя бы одного собеседника, он задохнется.
– Отче, – спросил один молодой монах, – почему Церковь называет святым пребывание в браке?
– Потому что в нем насчитывается немалое число мучеников! – отвечал с улыбкой старец.
***
Один игумен произнес как-то довольно долгую проповедь о творении, которую завершил словами: "Каждый росток травы есть проповедь для того, кто умеет понимать". Несколько дней спустя старец, проходя перед его хижиной, увидел, что игумен подстригает выросшую вокруг траву.

– Как приятно видеть тебя за укорачиванием твоих проповедей! - сказал он.
***
Один монах был недоволен монастырским верблюдом. Старец ему сказал:
– Хоть он и ленив, но, тем не менее, работает целую неделю и ничего не пьет. А сколько людей на свете пьют и потом целую неделю не работают!
***
Один старец как-то возмущался:

– Не понимаю, зачем в монастыре расписание, если монахи все время опаздывают?
Игумен ему ответил:
– А как бы ты узнал, что монахи опаздывают, если бы не было расписания?
***
В одном монастыре на берегу Красного моря во время трапезы вспыхнула оживленная дискуссия. Наконец один старец сказал:
– Умолкнем, братия. Невозможно понять, что мы едим.

"Путь глупого примой в его глазах..." (Притч 12, 15)

Авва Филимон сказал: "Те философы, которые верят в абсолютную логику, никогда не пробовали спорить с женщиной".
***
Один старец сказал: Нужно убить гордыню, не ранив. Если ее ранить, она не умирает".
***
В Келиях молодой монах колол дрова. Проходивший мимо старец посмотрел на него и сказал:
– Твой топор напоминает мне молнию, брат.
– Это потому, что я машу им так быстро? – спросил довольный монах.
– Нет, потому что он никогда не бьет дважды в одно и то же место.
***
Один молодой человек пришел к авве Арсению за советом.
– Я хочу быть врачом, отче, но я еще не знаю, стану я учиться врачевать глаза, или же зубы. Старец ему сказал:
– Заниматься медициной – всегда дело доброе. Но не забывай, однако, что глаз у человека всего два, а вот зубов...
***
Врач Фотион в Александрии слушал больное сердце пожилого аввы Филофора.
– Отче, – спросил Фотион, – ты уже советовался с кем-нибудь, прежде чем прийти ко мне?
– Да, с аптекарем Исидором.
– И какой же дурацкий совет он тебе дал?
– Пойти посоветоваться с тобой.
***
– Как! Авва Памбо умер? Но ведь врач приходил к нему всего только раз...
– Как видно, брат, ты не в курсе последних достижений медицины...
***
Одному монаху, который постоянно жаловался, авва Макарий сказал: "Ты несчастен? А ты подумай, каково будет жирафу, если у него заболит горло, или сороконожке, если у нее появятся мозоли!"
***
Авва Серапион, не покидавший своей кельи, дал как-то пришедшему к нему мальчику монетку.
– Пойди, подай милостыню первому же бедному старику, которого встретишь.
Через некоторое время мальчик вернулся.
– Я сделал, как ты сказал. Я дал монету старику.
– А он действительно был беден?
– Еще бы! Он был вынужден продавать свои финики и сласти!
***
Путешествуя в Смирну, авва Каликст сбился с пути. И вот, когда он брел в полном одиночестве, внезапно показался путник. Авва Каликст весьма этому обрадовался.
– Прости меня, брат! – воскликнул он. – Знаешь ли ты дорогу в Смирну?
– Каждый осел ее знает! – грубо отвечал прохожий.
– Потому-то я у тебя и спрашиваю!
***
"Когда один из нас умрет, – казал один монах своему собрату по келье, – я вернусь в Скитский монастырь".
***
Один старец сказал по поводу женщин: "Я помню, что прежде женщины, смущаясь, краснели. А теперь они смущаются, если покраснеют".
***
Одного скитского монаха привели на суд за то, что он убил вилами собаку.
– Так-то ты, брат, являешь собой пример кротости и смирения? – упрекнул его судья. – И потом, разве ты не мог ударить эту собаку рукоятью, а не зубьями?
– Я бы так и сделал, – отвечал монах, – если бы собака пыталась укусить меня хвостом, а не зубами!

"Леность погружает в сопливость.." (Притч 19, 15)

 Старец удил рыбу на берегу моря. К нему подошел прохожий и спросил:
– Много ли рыбы ты поймал, отче?
– Если я выужу ту, которая сейчас клюет, а потом еще две, то всего будет три.
***
Старец упрекал молодого монаха:
– В твоем возрасте я работал по десять часов в день, а еще десять проводил в молитве.
Молодой монах отвечал:
– Я восхищаюсь твоим юношеским рвением, отче, но еще больше меня восхищает твоя зрелость, благодаря которой ты оставил эти крайности.
***
Отцы-пустынники работали много, но порой и среди них встречались лентяи. Так однажды великий Даниил сказал праздному монаху:
– Прошу тебя, брат, если увидишь кого отдыхающим, помоги хоть ему...
***
Одного старца как-то спросили:
– Почему это, отче, всякий раз, когда брат, живущий с тобою в келье, принимается петь псалмы, ты высовываешься в окно?
– Чтобы никто не подумал, что я его истязаю!
***
Один монах был постоянно озабочен разными проблемами. Авва Памбо как-то при встрече сказал ему: "Брат, у тебя так много проблем, потому что ты думаешь, будто бы жизнь состоит из вопросов и ответов. Но исходя из того немногого, что я о ней понял, жизнь состоит из множества ответов без вопросов и вопросов без ответов. Выходит, в твоей жизни должно быть множество бесполезных вопросов".
***
Молодой монах спросил старца:
– Отче, нужно ли быть осторожным?
– Очень нужно, но еще нужнее, чтобы наша осторожность не превращалась в страх, который крадется на цыпочках.
***
У аввы Сысоя было множество книг в келье и много мудрости в сердце. Как-то один молодой монах спросил его:
– Отче, очень ли трудно читать?
– Читать – это пустяки, – отвечал старец. – Трудно забывать прочитанное.
***
Молодой монах, живший в Келиотской пустыне, примчался, с трудом переводя дух, к авве Серапиону.
– Что я пережил, отче! – воскликнул он. – Я увидел на земле сухую ветку и решил, что это змея...
– И из-за этого пустяка ты так разволновался? – спросил старец.
– Я разволновался, когда взял ветку в руку, а это оказалась и вправду змея...
***
Однажды в Келиях перед великим Иоанном предстал мирской человек, который хотел стать монахом.
– Почему ты хочешь стать монахом? – спросил его великий старец.
– Потому что я много страдал.
– Войди тогда в мою келью и расскажи мне все.
Человек вошел, но вскоре вышел и поспешно удалился.
– Этот человек, – сказал великий Иоанн, – не может стать ни монахом, ни, может быть, даже человеком. Он из тех, которые воображают, что они много страдали, потому что причинили много страданий.

"Надеющийся на богатство свое упадет. ..." (Притч 11, 28)

Когда авву Поемена попросили поговорить о молитве, он сказал: "Никто не может говорить о молитве, если он не молится. Если же он молится, у него нет ни малейшего желания об этом говорить".
***
– Я не искренен, – сказал один монах старцу.
– И до какой степени? – осведомился старец.
– До такой, что я не искренен даже когда говорю, что не искренен.
***
Один монах пришел к старцу, жившему на берегу Красного моря. Тихонько постучавшись в дверь его хижины, он был напуган страшным лаем собаки. В то же время он услыхал голос старца:
– Входи же, брат!
– А собака?..
– Ты разве не знаешь поговорки: лающая собака не укусит?
– Я-то знаю, но вот знает ли ее собака?
***
Чтобы решить спор, возникший как-то в монастыре в Келиях, один монах отправился за советом к авве Даниилу:
– Я хочу быть беспристрастным, авва, – сказал он.
– Стань беспристрастным, и ты тотчас же станешь подозрительным, – отвечал старец.
***
Один весьма требовательный епископ прибыл как-то с визитом в монастырь в Фиваиде. Когда его пригласили к трапезе, он сказал:
– Мне довольно будет двух яиц, но изжаренных на камне, а не на противне, нежных, не пережаренных, хорошо посоленных, но без перца, сдобренных четвертью ложки масла, а главное – очень горячих.
Брат-кухарь поклонился и сказал:
– Все будет сделано по твоему желанию, владыко. Курицу, которая снесла эти яйца, зовут Сизина. Ее имя тебя устраивает?
***
Один скитский брат спросил великого Афанасия:
– Со мной все еще случается, что я уступаю то одной страсти, то другой. Что ты об этом думаешь?
– Я думаю, – отвечал блаженный Афанасий, – что тот, кто хочет быть собакой, всегда найдет поводок.
***
– Отче, какое у меня лицо? – спросил один монах у аввы Палладия.
– Твоё, – отвечал старец. – А почему ты спрашиваешь?
– Потому что у многих чьи угодно лица, только не их собственные!
***
Однажды авва Симеон сказал: "Ущипни самого себя, и узнаешь, что чувствуют другие".
***
Авва Илларион как-то сказал: "Быть грустным – это значит все время думать о самом себе".
***
Один святой отшельник из Нитрийской пустыни на вопрос путника, счастлив ли он, ответил, что у него совсем нет времени над этим задуматься.
***
Один Келийский старец сказал: "Человек придумывает правила для других и исключения для самого себя".
***
– Должны ли люди быть благодарны за то, что мы для них делаем? – спросили раз монахи авву Макария.
– Вовсе нет, – отвечал старец. – Дайте слепому глаза, и он тотчас потребует бровей.
***
– Почему так много неблагодарных людей? – спросили у аввы Сысоя.
– Потому что после обеда никто не ценит ложки, – отвечал старец.
***
Один из отцов Скитской пустыни, хотя и был очень усерден в молитвах, все-таки очень боялся смерти. Как-то он обратился за советом к старцу, и тот ему сказал:
– Так ли уж велика разница между смертью и нужником?.. Если уж нужно туда идти, нужно идти!

"Мудрый входит в город сильных..." (Притч 21, 22)

Монаху, который постоянно жаловался на свою жизнь, авва Виссарион сказал: "Послушай, может быть, это твоя жизнь тобою недовольна? Жизни нравится быть с тем, кому она доставляет удовольствие..."
***
Авва Гиперихиос сделался монахом после того, как провел свою молодость в политических кругах Александрии. Укрывшись в пустыне, он так отвечал на вопрос, почему он столь мало уважает правителей края: "Потому что я их знаю. Все их обещания превращаются потом в налоги..."
***
Желая утешить молодого монаха, удрученного собственным уродством, один старец сказал: "Уродство имеет великое преимущество перед красотой: оно постоянно!"
***
Филарет, очень скупой александрийский богач, провел однажды целый день перед хижиной аввы Сильвана. Увидев его, старец вышел на порог и сказал: "Филарет, почему ты так упрямо живешь в бедности, чтобы умереть в богатстве?"
***
Молодому монаху, который откладывал со дня на день тяжелую работу, старец сказал: "Тот, кто хочет работать, находит средства; а кто не хочет, находит оправдания".
***
Один монах спросил старца:
– Как можно узнать о том, являюсь ли я мудрым, разумным и добродетельным?
– Знать, что следует делать – это мудрость. Знать, как это делать – разум. А делать – добродетель.
***
Молодой монах спрашивает авву Даниила:
– Скажи мне, добрый отче, почему у меня так много сладострастных мечтаний?
– Мечты кошки полны мышей, – отвечал авва Даниил.
***
Один молодой парень спросил как-то старца:
– Как по-твоему, отче, я хороший?
– С таким парнем, как ты, я бы, пожалуй, не позволил тебе водиться... – отвечал старец.
***
Монаху, который плохо отзывался об одном брате, великий Иоанн сказал: "Прежде, чем смеяться над кем-либо, примерь сперва его башмаки!"
***
Авва Серапион рассказывал братьям историю о том, как один старец из Нитрийской пустыни прибыл в рай и был весьма изумлен пышными приготовлениями к торжественному празднеству.
– Я недостоин такого приема! – сказал он св. Петру.
– По правде говоря, – отвечал св. Петр, – этот прием не для тебя. Мы готовимся ко встрече одного епископа.
– Понимаю, – сказал старец, – это вопрос иерархии...
– Это вопрос редкости! – возразил св. Петр. – Монахов здесь тысячи, а вот епископы к нам попадают чрезвычайно редко...
***
Один монах сказал старцу:
– Не всегда легко знать, в чем состоит твой долг.
– Напротив, это очень легко, – отвечал старец. – Это то, чего меньше всего хочется делать.
***
Один старец постоянно жаловался на то, что хорошие времена прошли. Авва Сирахид ему сказал: "Времена всегда хороши, когда пройдут".
***
Когда один мирской человек спросил авву Макария, почему тот многие месяцы хранил молчание, авва отвечал: "В закрытый рот не залетают мухи".
А когда тот стал настаивать на разъяснении, авва Макарий сказал: "Если ты ничего не говоришь, тебя не просят повторить".

"... ешь с весельем хлеб твой..." (Екк 9, 7)

Александрийский вельможа, большой друг аввы Иллариона, пришел как-то к нему и сказал:
– Ты знаешь, отче, что я сейчас переживаю весьма успешный период в моей жизни. Но удовлетворения мне это не приносит. Напротив того, мне очень трудно бывать любезным и милостивым с теми, с кем встречаюсь, а ведь их множество...
– Никогда не забывай, – сказал старец, – что те же люди, с которыми ты встречаешься в период успеха, встретятся тебе и во время неудач.
***
Один монах нашел в пещере на берегу Красного моря свиток папируса, на котором его предшественник вел дневник. Среди прочего там было написано: "Понедельник: привести свои мысли в порядок... Вторник: посетить епископа... Среда: восстановить порядок в своих мыслях.
***
Один старец спрашивает у другого:
– Как по-твоему, брат, чему лучше следовать, разуму или сердцу?
– Сердцу, – отвечает тот.
– А на каком основании?
– На том простом основании, что сердце указывает нам наш долг, а разум предоставляет поводы отлынивать от его исполнения.
***
Авва Евстазий был не только великим человеком Божиим, но также очень талантливым травником. Каждый год в лаборатории возле своей кельи он с гениальной изобретательностью составлял огромное количество все новых и новых великолепных лекарств. Но вот однажды он неожиданно бросил свою работу. Авва Макарий спросил у него:
– Брат, почему ты перестал придумывать новые лекарства?
Евстазий ответил:
– Я их и так сделал слишком много. Врачи не успевают придумывать новые болезни.
***
Один молодой монах постоянно опаздывал на десять минут на вечерню. Однажды он опоздал всего на пять минут, и старец сказал ему: "Поздравляю тебя, брат! Впервые ты опаздываешь с таким опережением".
***
Одному монаху, который обвинял себя в великом множестве мелких упущений, великий Иоанн сказал: "Обычное дело – обвинять себя в маленьких упущениях, чтобы убедить себя в том, что нет больших".
***
Молодой монах пришел к великому Иоанну.
– Отче, – сказал он, – многие поют нам хвалу. Какой совет ты дал бы мне по этому поводу?
– Вот какой, – отвечал старец. – Когда кто-то лижет тебе пятки, останови его, пока он не стал тебя кусать.
***
Один образованный монах, выходец из Антиохийской школы, спросил как-то авву Симеона:
– Отче, как ты думаешь, что такое реальность?
– Это прекрасная вещь, и была бы очень простой, если бы люди не взяли себе в голову объяснять, что это такое.
***
Молодой монах сказал старцу:
– Ты знаешь, отче, что в Александрии я занимался политикой, и что в пустыню я пришел, чтобы забыть о ней. И все-таки, мне до сих пор любопытно, почему политики столь уклончивы?
– Потому, – отвечал старец, – что их мудрость состоит в том, чтобы не отвечать на вопросы, а искусство в том, чтобы не позволять себе их задавать.
***
Молодому монаху, который очень боялся страданий, авва Даниил сказал: "Кто боится страданий, страдает уже от самого страха!"
***
Молодой монах сказал старцу:
– Как трудно, отче, любить ближнего!
– Действительно! Мы получили повеление возлюбить ближнего как самого себя, а ближний делает все, чтобы мы не послушались.